Новости Петербурга

Равнение на Штиглица

21:24:06, 11 июля 2005
Восстанавливается церковь, построенная в XIX веке в Ивангороде знаменитым российским банкиром
Алла ШАРАНДИНА

В конце недели в Петербурге и Ивангороде проходили мероприятия, посвященные увековечению памяти барона Александра Штиглица, мецената, финансиста, основателя Рисовального училища (ныне Художественно-промышленная академия) и первого главы Государственного банка России. Память одного из богатейших в свое время людей страны, «короля петербургской биржи» почтили и, как декларировалось, материально обеспечили персоны тоже довольно состоятельные — крупные промышленники, бизнесмены, банкиры, чиновники и министры.

Правда, программу мероприятий можно было бы смело назвать развлекательной, если бы не повод, формально собравший всех высоких гостей вместе. Им предстояли пышные обеды, прогулки на катерах, специальный внеплановый запуск

Нарвских водопадов, представление труппой Мариинского театра романтической оперы «Иоланта» в стенах Ивангородской крепости... Пожалуй, к барону Штиглицу и его памяти имело непосредственное отношение только посещение построенной им в Ивангороде церкви Живоначальной святой Троицы, где похоронен сам Александр Людвигович и вся его семья.

История этого храма, построенного известным архитектором Александром Кракау, печальна вдвойне: пережив революцию, выстояв во время обеих мировых войн, он был разорен в мирные 1970-е годы при строительстве гидроэлектростанции и

создании Нарвского водохранилища, которое разлилось буквально в двух шагах от церкви. Большая удача, что храм при этом не попал в зону затопления. Но усыпальница с саркофагами барона, его жены, зятя и других родственников превратилась в «настоящее болото», по словам местных жителей. Церковь рабочие ГЭС использовали как склад, срывали бульдозером кресты — от скуки... Вместе с завершением строительных работ кончилось и нашествие вандалов. Разграбленный храм обнесли колючей проволокой и забросили на долгие годы. Кстати, примерно в то же время сгорела деревянная усадьба Штиглица неподалеку от церкви. Сейчас на этом месте остался один каменный фундамент — если разворошить траву, которая в Ивангороде яростно завладела почти всеми улицами, домами, площадями и крышами, то можно увидеть здесь несколько сиротливых серых камней.

В 1997 году церковь начала потихоньку возрождаться — так же, как и память о построившем ее на свои средства бароне. Тогда в храм Живоначальной Троицы направили настоятелем отца Александра. Был зарегистрирован православный приход. «Когда я приехал, храма было не видно — березы, сосны заслоняли его, к входу надо было продираться, как в лесной чаще, — рассказывает отец Александр. — Издалека был заметен лишь один покосившийся крест, как немой укор всем нам». Жители города, в том числе сотня прихожан церкви, вырубали деревья, ведрами черпали гнилую воду из усыпальницы Штиглица, выложили внутри печку. Старинные иконы и фрески (между прочим, роспись алтарной части готовилась для Исаакиевского собора, расторопный барон просто успел ее перекупить для своего храма) должны содержаться при постоянной температуре, а центрального отопления в церкви нет и пока не предвидится.

Теперь храм выглядит более опрятно, хотя и бедно — как деревенский приход двухвековой давности. Он пока не облицован, но его старые стены из красного кирпича уже подновляют с использованием отданных сюда по дружбе отходных материалов с известнякового рудника, расположенного между Кингисеппом и Ивангородом. Груды камней свалены у церковного входа и вдоль водохранилища. Рядом лежат поленницы дров для печки, стоит деревянный сарай и туалет. На его крыше гордо сидит петух. Совсем рядом, на мосту, лают собаки эстонских пограничников.

Местные старушки сидят на бревнах, поправляют платки на голове и сплетничают о высоком начальстве, которое как раз произносит у микрофона пламенные речи о необходимости общественного внимания и исторической памяти к борцам невидимого фронта — банкирам, бизнесменам, чиновникам. Таким, как Штиглиц и — читается между строк — многие из них. Министров никто, кроме журналистов, не узнает. В церкви те же старушки гневно шикают на переговаривающихся крупных промышленников. Их охранники мгновенно напрягаются и принимают боевую стойку. Хор Мариинского театра исполняет духовные песнопения, затем следует панихида по барону.

Мариинскому тут действительно благодарны все: труппа театра впервые выступила в храме еще два года назад и с тех пор взяла на себя попечительство о церкви, а Валерий Гергиев стал неофициальным куратором всех реставрационных работ. Но, по словам ивангородцев, выходит, что медленным восстановлением храма занимаются в основном местные жители, причем за свой собственный счет. В пресс-релизе, посвященном этому визиту, тоже сказано, что церковь «возвращается к жизни благодаря усилиям прихожан и энтузиастов».

Правда, в программе мероприятий по увековечению памяти барона были благотворительный ужин и аукцион. Средства, вырученные от их проведения, как раз и должны пойти на последующее восстановление церкви Живоначальной Троицы. Может быть, позже туда направят и другие средства — ведь настоящие меценаты никогда не афишируют своих добрых дел. Повод для оптимизма в этом вопросе вроде бы есть. Не зря же, наверное, министр культуры Александр Соколов в Ивангороде заявил о «новой фазе в отношениях культуры и бизнеса».

Санкт-Петербургские Ведомости

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100