Новости Петербурга

«Попасть на Казачий»

01:09:31, 02 октября 2005
В прошлом выпуске «Наследия» был напечатан объемистый материал о городских тюрьмах, помещавшихся на Казачьем плацу. Основное внимание в нем было уделено Пересыльной тюрьме, а вот арестный дом оказался как бы в тени...

Между тем среди петербургских мест заключения городской арестный дом считался одной из самых «вольных» тюрем. В Петербурге бытовало такое выражение — «попасть на Казачий». Эта перспектива ждала мелких хулиганов, жуликов и мошенников, приговариваемых мировыми судьями или в административном порядке к аресту на более или менее продолжительные сроки. Чтобы на себе воочию увидеть жизнь и быт обитателей арестного дома, репортер «Петербургской газеты» предпринял в сентябре 1911 года «хождение в народ», результатом которого стал любопытный очерк на страницах издания.

Смотритель арестного дома поделился с журналистом информацией о количестве арестантов, содержавшихся в подведомственной ему тюрьме. На сентябрь 1911 года в ней сидели 288 человек, в том числе 22 женщины. Половина арестованных отбывала наказание по приговору мировых судей, половина — в административном порядке. К последней категории относились хулиганы и так называемые ножевщики, которых приговаривали административным порядком к аресту за ношение ножей, кистеней, оскорбление полиции и т. д. «Этот элемент для нас крайне неприятный, буйный и даже опасный, — сообщал смотритель и затем не без лукавства добавлял: — Тем более, что у нас нет другого оружия, кроме доброго слова».

За 1910 год в городском арестном доме побывали 13.913 человек, причем «административных» было всего 1384 человека, за десять месяцев 1911 года — 11.260 человек, на которых пришлось 1340 «административных». Любопытна выборка представителям каких профессий случалось «попадать на Казачий». По данным за 1910 год, здесь побывали 52 студента, 49 чиновников, 37 художников и живописцев, 32 артиста, 20 фармацевтов и аптекарей, 9 репортеров, 8 учителей, 12 адвокатов, 2 врача и 1 архитектор. Из дамского контингента 358 человек составили проститутки и 12 представительниц занятий «умственного труда».

«Обстановка камер однообразная: стол, табурет и постель, — признавался смотритель. — Окна с железными решетками. Камеры одиночные и для нескольких человек; привилегированные предпочитают одиночные, и камеры на трех человек в коридоре привилегированных почти никогда не занимаются, только при переполнении. Есть, кроме того, изоляционные камеры для чувствующих недомогание и, наконец, на женском отделении камера на буйных, но она почти всегда пустует».

Репортеру лично дозволили побывать в камерах арестного дома, после чего он оставил такие строки, призванные заверить столичных обывателей в полнейшей благопристойности и безопасности сего заведения: «Всюду в высоких и широких коридорах и камерах чистота и порядок. Арестованные чувствуют себя, видимо, прекрасно, камеры запираются только в виде наказания — они находятся в постоянном общении друг с другом, слышатся разговоры, смех, иногда расшалятся и танцуют. Арестованные сидят в своих платьях».

Летом 1913 года «подвиг» журналиста «Петербургской газеты» по «хождению в народ» повторил столичный городской голова Иван Иванович Толстой в ходе своих первых «инспекционных» выездов на «задворки» Петербурга. Это произошло 20 июля: после посещения Полтавской улицы, где сооружался храм-памятник в честь трехвекового царствования Дома Романовых. Осмотром арестного дома Толстой оказался очень доволен. Место заключения произвело на него довольно благоприятное впечатление. Ничего удивительного: на 300 мест приходилось всего 120 арестованных — ведь большинство было освобождено по манифесту о 300-летии царствования романовской династии.

Санкт-Петербургские Ведомости

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100