Новости Петербурга

Секунд-майор, адмирал, великий князь...

18:17:10, 28 февраля 2008
Секунд-майор, адмирал, великий князь...

Дом № 54, облицованный по фасаду гранитом и английской плиткой, не исключение. Его документальная история начинается в 1713 году, когда на будущей набережной от полковника Никона Савенкова участок (12 на 43 сажени) купил англичанин Осип Най, известный корабельный мастер, работавший на Адмиралтейских верфях. Най, очевидно, построил для себя деревянный или мазанковый дом, но возвести каменные палаты, как того требовал императорский указ, в 1732 году отказался. В результате в том же году владение было передано лейб-гвардии капитану Сергею Автономовичу Головину, сыну известного петровского стольника. Он к 1738 году палаты возвел. Их барочный фасад в семь осей можно увидеть на рисунке из коллекции Берхгольца в Стокгольмском музее.

В 1766 году дом на набережной поменял владельца, им стал секунд-майор Александр Григорьевич Собакин из старинного дворянского рода, а после его кончины сын – отставной майор Петр Собакин. От него в 1776 году здание по купчей перешло к богатому английскому купцу Уильяму Портеру. С 1760-х гг. его торговая компания была одной из крупнейших в Петербурге. Английские негоцианты жили в основном на Васильевском острове, где находилась биржа, и на Английской набережной, которая от них получила свое название.

После того как в 1790 году купец продал за 35 тысяч рублей свой особняк, он за четыре года сменил трех хозяев. Первой хозяйкой стала 24-летняя красавица Ольга Александровна Жеребцова, родная сестра Платона Зубова, фаворита Екатерины II. У нее в это время уже начался многолетний роман с английским послом Джорджем Уитвортом. Оба персонажа сыграли важную роль в подготовке заговора против Павла I, который, однако, вынашивался в соседнем доме № 52, куда позднее переселилась Жеребцова.

Трехэтажный особняк у нее приобрел в 1792 году немецкий купец Генрих-Рудольф Линдеман, который два года спустя его перепродал крупному негоцианту Иоганну Христофору Бергину, сыну нарвского сапожника. Тот владел домом до 1815 года.

Бергин расширил особняк на набережной на три оси за счет части здания, приобретенной в 1796 году у соседа слева, после чего в доме стало 28 покоев. На этом купец, ставший придворным банкиром, не успокоился и через четыре года купил с аукциона другой дом, выходивший на Галерную и Новоадмиралтейский канал. Очевидно, в этот период фасад на набережную приобрел новый ампирный вид. В газете «Санкт-Петербургские ведомости», 1806, № 35, есть такое любопытное объявление: «В доме коммерции советника Бергина... украдены... золотые английские горизонтальные карманные часы работы Нортона в Лондоне, большой величины с колпаком...».

После Бергина хозяйкой трехэтажного особняка стала бывшая фрейлина княгиня Татьяна Васильевна Юсупова, супруга известного мецената Н. Б. Юсупова, с которым она, однако, быстро развелась. Княгиня жила здесь до начала 1823 года (позже она владела Юсуповским дворцом на Мойке), затем в проданный дом переселилась имеретинская царица Анна Матвеевна, вдова царя Давида, с сыном Константином. Царская семья была бедной и потому сразу стала сдавать внаем два верхних этажа.

В 1830 году из-за просроченной закладной дом на набережной был приобретен с торгов для начальника Главного морского штаба светлейшего князя Александра Сергеевича Меншикова (1787 – 1869). Архитектор В. А. Глинка (он только что закончил возведение Румянцевского музея на Английской наб., 44) взялся за полную перестройку и перепланировку дома, которые произвел в 1831 – 1832 годах. В бельэтаже разместилась половина князя: мраморный кабинет, библиотека, голубая и зеленая гостиные, круглый зал, украшенная колоннами столовая; на первом этаже – покои его жены Екатерины Сергеевны.

При перестройке были сделаны новые стены, двери и окна, проведен из Невы водопровод. «Сняты со стен старые шелковые обои с рамами» – обойщики Шеффер и Богданов их заменили на муар и граденапль. Купец В. Бабков поставил мебель из карельской березы и красного дерева, Гамбс – стулья красного дерева и «обитую тафтой перегородку в готическом стиле». Бронзовую люстру и жирандоли привезли из магазина Герена; «двухрожковую лампу на треножнике красного дерева с бронзовым капселем» купили у лампового мастера Китнера; ковры – в английском магазине. Все работы обошлись казне в 166,5 тысячи рублей.

Хозяин особняка долгие годы фактически руководил Морским министерством, и ему были поручены преобразования в российском флоте. Он был прекрасно образован, говорил на нескольких языках, обладал огромной памятью и работоспособностью. В обществе Меншиков слыл за человека независимого, едко-остроумного и честолюбивого. Некоторые его остроты и анекдоты вошли в историю. Библиотека князя была одной из богатейших в России; с 1831 года он состоял почетным членом Академии наук.

В 1833 году Меншиков получил звание адмирала, хотя свои воинские подвиги он совершил на суше – участвовал во всех крупнейших сражениях на войне с Наполеоном и за отвагу был награжден орденом Анны II степени и золотой шпагой. В русско-турецкой войне 1828 – 1829 гг. князь отличился при взятии крепости Анапы и Варны, где был тяжело ранен. После этого его жизнь протекала главным образом в особняке на Английской набережной в делах по морскому ведомству, порученных ему Николаем I, любимцем которого он был.

Когда началась Крымская война, адмирал и генерал-адъютант Меншиков был назначен командовать действующей армией и флотом. По мнению большинства современников, это командование оказалось малоудачным, и в феврале 1855 года после нескольких поражений князь был от должности освобожден, а через год под огнем критики подал в отставку. Правда, современные историки не столь негативно оценивают способности Меншикова как полководца, считая, что временами объективные обстоятельства были сильнее его.

После смерти светлейшего особняк с домом на Галерную и канал унаследовал его сын – боевой генерал Владимир Александрович (1815 – 1893), на котором род пресекся по мужской линии. Наследники 4 мая 1896 года продали владение Кабинету Его Императорского Величества за 470 тыс. рублей. Кончилась княжеская, началась – с 1904 года – великокняжеская пора.

При Владимире Александровиче особняк был в 1870 – 1874 гг. перестроен академиком К. К. Рахау в модном стиле эклектики. «Фасад скромный, спокойный и в высшей степени изящный, – писал журнал «Зодчий». – ...Внутри комнаты почти что все убраны в стиле Людовика XV... особенно замечательны танцевальный зал и парадная лестница». Последние интерьеры сохранились. Танцевальный (ныне театральный) зал оформлен хорами, шестью колоннами желтого стюка и лепными фигурами силенов. Мраморная изогнутая лестница с верхним светом украшена по второму этажу атлантами и позолоченной лепкой. Столовая была отделана в русском стиле, а кабинет князя – в мавританском. Сходное убранство присутствует в последующем произведении зодчего – особняке купца И. Ф. Громова на Миллионной ул., 7.

Двадцать лет прожил Меншиков в роскошных интерьерах, которые нетронутыми просуществовали еще столько же лет, пока в 1911 – 1913 годах придворный архитектор Р. Ф. Мельцер, видный мастер модерна, частично не переделал их для нового владельца – великого князя Михаила Александровича (1878 – 1918), младшего брата императора Николая II. Переделка коснулась фасада, флигелей, жилых покоев третьего этажа и части интерьеров бельэтажа. Правый флигель был со двора надстроен аттиковым этажом, въезд с Галерной украшала арка с павильоном. Она – отголосок классицизма, тогда как в целом стиль модерн преобладает. В правом флигеле в первом дворе оборудовали обширный гараж, ибо владелец был большим автолюбителем.

Свой обновленный дворец Михаил Александрович увидел, только когда началась первая мировая война, ибо в 1912 году после морганатического брака с разведенной Н. С. Вульферт ему было запрещено жить в России. Отзывы об этой волевой и умной женщине поражают своей крайней противоречивостью. Государь называл ее «хитрой и злой бестией», а французский посол М. Палеолог восхищался гордым и чистым лицом и его прелестными чертами.

В начале войны Михаил Александрович получил прощение и командовал на фронте Дикой дивизией. В столицу он приезжал только на побывки, останавливаясь большей частью в любимой Гатчине, где и был арестован Временным правительством. Большевики этапировали великого князя в Пермь и в ее окрестностях расстреляли. Вдове, носившей титул графини Брасовой, удалось с дочерью и сыном эмигрировать в Европу, где она скончалась в 1952 году в парижской больнице для бедных.

Дворец советская власть национализировала и в 1922 году передала Всероссийскому обществу глухих, которое доныне им пользуется, осуществляя большую культурно-образовательную работу для 15 000 своих членов в городе и области. Но долго ли оно здесь останется? Особняки на Английской набережной постепенно занимают разные учреждения и конторы.

Что сегодня можно увидеть во дворце из прежнего убранства? Кроме лестницы и танцевального зала рабочий с эркером кабинет Михаила Александровича. Там есть деревянные панели и встроенный книжный шкаф. В бывшей столовой сохранились обшивка стен, двери, зеркало в стиле модерн и даже старые батареи. Уцелели также три камина из белого и цветного мрамора, широкие раздвижные двери карельской березы и некоторые любопытные детали, а именно: каркас лифта, кованые наружные фонари, оконная фурнитура и т. д.

Однако многие интерьеры в послереволюционное время были переделаны и обезображены. Их судьбу может символизировать невысокая старая черемуха причудливого изломанного вида. Она одиноко растет во втором дворе, через который сегодня можно попасть в полузабытое историческое здание.

Санкт-Петербургские Ведомости

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100