Новости Петербурга

История с эклектикой

23:22:04, 27 ноября 2008
История с эклектикой

Теперешний вид дом № 60 приобрел не сразу. В 1714 году участок принадлежал поручику Александру Всеволожскому, представителю столбового дворянства, который три года спустя перепродал его дьяку Леонтию Арцыбушеву. Тот подписал обязательство «строиться буду», но, вероятно, исполнить его не смог. Новым хозяином в 1721 году стал Степан Васильевич Лопухин (1690-е – 1748), возведший в середине 1730-х гг. двухэтажные каменные палаты, фасад которых был отмечен ризалитом, обрамленным рустованными лопатками и завершенным мансардой и треугольным фронтоном. Входной портал поддерживал открытый балкон.

Лопухин приходился двоюродным братом опальной царице Евдокии, первой жены Петра I, и, вероятно, поэтому недолюбливал царя. В 1719 – 1723 гг. он был сослан в Кольский острог, но при Анне Иоанновне вернулся в Петербург, получив звание действительного камергера, и в 1740 году в чине вице-адмирала был назначен в Адмиралтейств-коллегию. Однако безмятежная жизнь длилась недолго – в 1742 году Лопухина обвинили в участии «к повреждении Ея Величества Высочайшего здравия <...> и государственному беспокойству», за что били кнутом, урезали язык и сослали в далекий Селенгинск». В ссылку отправили также его красавицу жену.

Домом на набережной Лопухин владел всего несколько лет и в мае 1739 года продал за 2000 руб. Пьеру (Петру Яковлевичу) Лобри, куаферу и парик-махеру (изготовителю париков) императрицы Анны Иоанновны. Лобри происходил из старинного, но бедного гугенотского рода, эмигрировавшего из Франции в Англию, откуда прибыл в Россию. Скопив денег парикмахерским ремеслом, Лобри записался в английские негоцианты. Его дети Яков, Николай и Федор носили уже русские имена; Николай стал крупным чиновником по финансовой части.

В 1764 году в доме с аукциона продавались «серебряная и медная посуда, золотые часы, шкафы, кабинеты, стулья, сделанные из красного дерева, скатерти, салфетки, немалое число живописных картин, ковры, четырехместная коляска, внутри обитая травчатым трипом, и другие вещи».

В 1789 году Лобри расстались с семейным гнездом. В здании поселился известный придворный врач Джон Рожерсон (Роджерсон, 1741 – 1823), получивший медицинское образование в престижном Эдинбургском университете. В Петербург он прибыл в 1766 году. Через десять лет был назначен лейб-медиком Екатерины II, но одновременно лечил многих сановников и их родственников. Императрица относилась к врачу критически – главными панацеями тот считал кровопускание и слабительное. Тем не менее нескладный с виду Рожерсон постоянно имел от двора подарки, а в Белоруссии ему было пожаловано богатое имение. У лейб-медика было три страсти: игра в карты, сплетни и политика. Смерть императрицы стала для доктора настоящей трагедией, но лишь в 1816 году он вернулся на родину, продав дом на набережной.

Хозяйкой здания стала Варвара Ивановна, жена шталмейстера и камергера Иосифа Ивановича Юшкова (1788 – 1849), передавшая в 1841 году двухэтажный дом своей дочери – Марии, замужем за дипломатом бароном Александром Осиповичем (Генриховичем) Жомини, который был ревностным помощником канцлера А. М. Горчакова. Он с 1835 года работал в Министерстве иностранных дел и обычно редактировал дипломатическую переписку, которая тогда шла на его родном французском языке. Благодаря своему опыту «Нестор русской дипломатии» многократно выполнял поручения Горчакова.

Молодая жена Жомини вначале сдавала, а затем и вовсе продала свое владение Почтовому департаменту, в 1845 году его занявшему и приспособившему для своих нужд. С пристани на Английской набережной было удобно почтово-пассажирскими пароходами отправлять корреспонденцию в Европу.

Когда в 1864 году почта покинула здание (Россию соединила с Европой железная дорога), оно перешло к отставному горному инженеру в чине полковника Николаю Николаевичу Теплову (1808 – 1878), который несколько лет был удачливым директором Луганского завода. Он поручил академику Л. Ф. Фонтана составить проект перестройки строения в стиле эклектики. Однако этот проект реализован не был, и во дворе возвели только поперечный корпус.

Реализован был в 1870 – 1871 гг. проект менее известного зодчего П. П. Мижуева, одного из основателей Русского технического общества. Согласно этому проекту, особняк и дом по Галерной получили свой нынешний вид, несколько тяжеловесный и громоздкий, зато с богатой лепниной, включающей панно с изображением музыкальных инструментов, книг и цветов. От первоначальных интерьеров за истекшие годы осталось немного – главная лестница на сводах и ее ажурные перила, три камина (два мраморных с зеркалами, один – с деревянной облицовкой), лепка на стенах и потолке, медные шпингалеты, остатки паркета. К счастью, сейчас в бывших коммунальных квартирах начато воссоздание интерьеров.

Бездетная вдова Теплова – Мария Эрнестовна пережила его на много лет и только в 1901 году продала за 170 тыс. руб. свой особняк, который на фронтоне украсился инициалами семьи столичного купца Радау. Фредерика Ивановна Радау, ее муж и дети жили здесь до Октябрьского переворота 1917 года. Радау были остзейскими немцами из очень разветвленного рода. При них перестраивались и надстраивались только дворовые флигели (1901 г., арх. А. П. Вайтенс). Корпус на Галерной населяли жильцы «Общества гигиенических дешевых квартир для еврейского населения».

В 2003 году возник замысел этот дом и два следующих переделать в фешенебельную гостиницу, но он окончился ничем. Особняк выкупил частный владелец, который недавно отреставрировал главный фасад. Двор, поделенный на три части (средняя – двор-колодец), остался без изменений. В нем примечательны высокие сильно наклонившиеся и корявые деревья – они меланхолически напоминают о былых временах.

Санкт-Петербургские Ведомости

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100