Криминал

Ветеринар получил срок за кошек, как за людей

10:25:02, 13 марта 2012
Ветеринар получил срок за кошек, как за людей

Восемь с половиной лет лишения свободы — такой приговор вынес Выборгский районный суд ветеринару Александру Шпаку, который продал шесть флаконов с лекарственным препаратом кетамином, как он предполагал, собрату-ветеринару. А на самом деле — сотруднику госнаркоконтроля. Коллеги осуждённого возмущены таким сроком за наркоз для кошек, в то время как  борцы с наркотиками считают, что пресекли крупный канал поставки психотропных веществ.

Кетамин прогремел в 2003-м

Впервые кетамин, используемый в основном в ветеринарии, стал известен широкой общественности в 2003 году. Именно осенью того года госнаркоконтроль внезапно обнаружил, что препарат, который в то время использовался в качестве основного средства наркоза большинством ветеринаров, ещё с 1998 года включен в список наркотических веществ, а из списка лекарственных препаратов, используемых в ветеринарии, исключён. Результатом деятельности московских борцов с наркобизнесом стало шесть уголовных дел по обвинению врачей. Сотрудники наркоконтроля вызывали ветеринаров на дом (в том числе в собственные квартиры) и даже непосредственно в офис службы под предлогом оказания помощи собакам и кошкам, а после того, как ветеринар набирал в шприц раствор кетамина, производили задержание и изъятие.

Ветеринарная общественность забурлила. В результате значительного резонанса в конце 2004 года кетамин был вновь включён в список лекарственных препаратов, используемых в ветеринарии. Верховный суд Российской Федерации в пункте 15 постановления пленума от 15 июня 2006 года № 14 прямо указал, что «в тех случаях, когда лицо в целях лечения животных использует незаконно приобретенное наркотическое средство или психотропное вещество (например, кетамин, кетамина гидрохлорид), в его действиях отсутствуют признаки преступления, влекущего уголовную ответственность за незаконный сбыт этих средств или веществ».

С того времени применение кетамина хотя и разрешено, но связано со значительными сложностями. Использование кетамина и его солей разрешено только юридическим лицам. По словам сталкивавшихся с этим ветеринаров, требования госнаркоконтроля для получения соответствующей лицензии весьма серьёзны: комната для хранения наркотических и психотропных препаратов должна иметь капитальные стены, две двери (полностью металлическую и решетчатую), двухуровневую систему сигнализации с выводом на пульт вневедомственной охраны. Расходы только на переоборудование помещения могут достигать миллиона рублей. Частнопрактикующие ветеринарные врачи-одиночки возможности легально работать с кетамином не имеют.

Он был, как все

Ветеринарный врач Александр Шпак официально трудился в кинологической службе следственного изолятора № 1 «Кресты» и, кроме того, подрабатывал в ветеринарном центре на Чёрной речке. Насколько можно судить из его показаний, данных во время предварительного следствия и на суде, он не скрывал: да, нарушал закон, использовал ограниченный в обороте кетамин в своей врачебной деятельности. Как рассказывал сам Шпак, как-то по случаю купил у «ранее не знакомого брюнета» около сотни флаконов десятипроцентного раствора кетамина по 25 мл каждый. Сколько-то использовал сам, сколько-то продал знакомым врачам.

На зоотурслете — ежегодном месте встреч ветеринаров — Александр Шпак познакомился с неким Андреем, который представился собратом по профессии. Знакомство вылилось в приятельские отношения, редкие встречи. В июле 2010 года Андрей попросил: помоги с «наркозом». Договорились, и на Репищевой улице Шпак продал Андрею, как коллеге, три флакона с кетамином по 2800 рублей каждый. Как говорит сам Шпак, у него и сомнений не было, что кетамин пойдёт на наркоз для собак или кошек. В октябре -  новый звонок от Андрея и новая встреча. Опять три флакона кетамина по 2800 рублей, на этот раз на проспекте Энгельса.

Эта коммерческая операция закончилась для Шпака плачевно: после того как кетамин и деньги сменили владельцев, в дело вступила группа задержания петербургского управления госнаркоконтроля. Более того, «ветеринар Андрей», как оказалось, хотя и закончил в своё время медицинский вуз, по специальности давно не работал, а состоял в должности оперуполномоченного по особо важным делам ГНК. Знакомство на турслёте, последующее общение и помощь в приобретении кетамина коллеге оказались оперативно-разыскными мероприятиями «оперативное внедрение» и «проверочная закупка». В машине Шпака нашли последний флакон с кетамином. Было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренным частью третьей статьи 30, пунктом «г» части третьей статьи 228.1 (покушение на незаконный сбыт психотропного вещества в особо крупном размере) и частью первой статьи 228 (незаконное хранение психотропного вещества без цели сбыта в крупном размере) УК России.

Признавая, что хранил и использовал в ветеринарной практике кетамин в нарушение установленного порядка, Александр Шпак умысел на сбыт психотропного вещества отрицал: Андрея воспринимал как коллегу, кетамин передавал ему для использования в ветеринарных целях, то есть предполагал, что он будет введен исключительно животным, а значит, преступления не совершал.

Защита: Суд установил не тот умысел и не поверил в провокацию

Суд доводы защиты отмёл. Несмотря на то, что восприятие подсудимым Андрея как ветеринара подтверждалось не только показаниями коллег-свидетелей, но и показаниями самого «оперативно внедрённого» сотрудника ГНК. По мнению защиты, суд смешал умысел и мотив преступления, указав в приговоре, что «умысел Шпака был направлен не на оказание ветеринарной помощи животным, а на получение материальной выгоды». По мнению же защиты, умысел в данном случае только косвенный, что исключает ответственность по статье с формальным составом, каковой является 228.1.

Адвокат, известный специалист по делам, связанным с легализацией результатов оперативно-разыскных мероприятий, Евгений Черноусов, уверен в незаконности приговора, операцию ГНК считает чистой провокацией. «Сотрудник госнаркоконтроля, представившись коллегой-ветеринаром, вошел в доверие к Шпаку, попросил несколько флаконов кетамина. Для чего? Конечно, для оказания ветеринарной помощи больным животным, и Шпак был в этом убеждён. Если это не провокация, то что тогда провокация? Позиция Европейского суда по правам человека и Верховного суда России такова, что материалы оперативно-разыскной деятельности, полученные в результате провокации, не могут быть положены в основу обвинения». В то же время Евгений Черноусов говорит, что его подзащитный согласен с обвинением в части, касающейся незаконного хранения психотропного вещества: «Да, нарушил, пусть и из лучших побуждений. Но за хранение совсем другие санкции, никак не восемь лет».

Проблему Евгений Черноусов видит не только в конкретных действиях петербургского госнаркоконтроля, она гораздо шире: «После того, как в 2003 году поднялся большой скандал в связи с привлечением ветеринаров к уголовной ответственности за использование кетамина, некоторые шаги были сделаны, кетамин возвращен в легальную ветеринарную практику, но по закону использовать его могут только юридические лица, с соблюдением многочисленных условий: особые требования к помещению для хранения наркотических и психотропных веществ, сигнализация, строгие правила учёта. Не каждая ветеринарная клиника сможет пойти на эти расходы. Частнопрактикующие же ветеринарные врачи права использовать наркотики и психотропные препараты лишены вовсе. Многие из них фактически вынуждены идти на нарушения: как говорят специалисты, приемлемой альтернативы кетамину в настоящее время нет».

Срок — как настоящему наркоторговцу

Одновременно некоторые ветеринары считают, что без кетамина в практике можно вполне обойтись без особых проблем, а причины использования этого психотропного аппарата — косное нежелание учиться новому и копеечная цена. «Мне, как врачу, не приходилось идти ни на какие ухищрения из-за кетамина, - говорит ветеринарный врач клиники «Вега» Денис Сейлиев, - есть масса, уйма препаратов, которыми можно пользоваться при анестезии животных. Например, домитор. Можно работать с газовым наркозом — эфиром. Мне без кетамина и проще, и легче. Использовать кетамин по всем  правилам — проблема. Необходимо иметь соответствующую лицензию, соблюдать сложные и дорогостоящие требования. Зачем всё это, когда с помощью современных препаратов и методик можно обойтись без кетамина без какого-либо ущерба для животного». Вот срок в восемь с половиной лет лишения свободы, к которому приговорён Шпак, Денис Сейлиев считает явно несправедливым: «Сотрудник наркоконтроля представился коллегой-ветеринаром, просил: «Продай кетамин!» - не для себя же, для операций. Продал, думая, что для животных, а теперь ему срок присудили, как наркоторговцу. Не так это. Насколько я знаю, у наркоманов кетамин вообще непопулярен, не даёт он нужного галлюциногенного и эйфорического эффекта».

Елена Черёмушкина, которая была управляющей ветеринарного центра, где в момент возбуждения уголовного дела подрабатывал Александр Шпак, с Денисом Сейлиевым согласна: «Вполне возможно хорошо и эффективно работать с другими препаратами. У нас в центре кетамина не было, и Александр с кетамином у нас не работал. Я не знаю, как так получилось, но в любом случае 8,5 лет за кетамин для животных — это невообразимо. Я считаю, приговор должен быть отменён».

Госнаркоконтроль пресек канал

У госнаркоконтроля, судя по всему, своя точка зрения на события. С корреспондентом «Фонтанки» сотрудники Службы по контролю за легальным оборотом наркотиков, которая проводила оперативные мероприятия по изобличению ветеринара Шпака, общаться отказались, но в материалах уголовного дела имеются показания наркополицейских, в соответствии с которыми задержание Шпака — лишь эпизод в борьбе с нелегальным каналом поставки психотропных и сильнодействующих веществ через Финляндию в Россию, и сам Шпак является лишь малозначительным членом опасной преступной группы. В эфире одного из телеканалов даже появилась информация, что Шпак якобы хранил в гараже «тысячи» флаконов с кетамином, и только неожиданный снос гаража не дал возможности изъять столь крупную партию. Защита Шпака к подобным утверждениям относится скептически. Более того, в материалах дела находится протокол обыска того самого гаража за месяц до сноса: «...в ходе обыска предметов, документов, ценностей, имеющих значение для уголовного дела, не обнаружено».

Сложный выбор

Санкт-Петербургскому городскому суду предстоит решить нелегкую задачу. По мнению некоторых юристов, оставляя приговор Выборгского районного суда в силе, кассационная инстанция может установить возможность, не имея прямого умысла, а имея лишь косвенный, совершить преступление с формальным составом. До сих пор теория уголовного права считала такое невозможным. При отмене же приговора и оправдании подсудимого ветеринары получат широкую возможность торговать наркотическими и психотропными препаратами, если будут утверждать, что полагали, будто эти препараты предназначались исключительно для лечения животных.

Денис Коротков, «Фонтанка.ру»
 

Фонтанка.ру

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100