Lifestyle, новости культуры

Слова, сказанные вовремя В раскрытой наудачу книге взгляд упал на коротенькое, всего лишь восьмистрочное, стихотворение: Что мне делать с самой собой?

23:01:08, 22 сентября 2004
В раскрытой наудачу книге взгляд упал на коротенькое, всего лишь восьмистрочное, стихотворение:

Что мне делать

с самой собой?

Не дает покоя тревога.

Обжигает чужая боль,

И душа болит от ожога.

Я сижу в одиночке своей

У приемника каждый вечер.

Хороню чужих сыновей,

Матерей обнимаю

за плечи...

Когда написаны эти строки? В недавние дни, когда вся Россия с болью узнала о невинных жертвах в осетинском городе Беслане? Нет, много раньше: стихи успели войти в последний по времени сборник петербургской поэтессы Надежды Поляковой «Эхо». Конечно же, и год, и два, и три назад хватало, к несчастью, поводов для их написания. Но сегодня они обрели особую обостренную актуальность.

Великий испанец Федерико Гарсиа Лорка отчеканил однажды: «Поэзия — это слова, сказанные вовремя». И, разумеется, не конъюнктурную календарную злободневность имел он при этом в виду.

За последние годы вышли три большие книги стихов Надежды Поляковой: «Черный жемчуг» (1998), «Звездный песок» (2003) и «Эхо» (2004). В каждой из них — только новые стихи: участница Великой Отечественной войны Надежда Полякова работает с интенсивностью, которой могли бы позавидовать ее молодые коллеги. Нельзя не сказать еще об одном: в последнее время отмечается явный дефицит стихов о любви — поэты словно бы разучились их писать, разучились чувствовать. У Поляковой такие стихи есть. В том числе и в книге «Эхо»:

Жизнь проходит

неумолимо,

Вся из мелких забот

земных.

Я придумываю любимых

И в стихах прославляю их.

Почему же — не понимаю! —

Все они — на одно лицо?

С безымянного пальца

снимаю

Золотое твое кольцо.

Лаконично. Прозрачно. Запоминается чуть ли не с первого прочтения. И есть в этой миниатюре еще какая-то недосказанность: расстались вроде бы давно — почему же кольцо снимается с пальца лишь сейчас? Гадай, читатель: ведь тайна тоже компонент поэзии.

* * *

В одном глянцевом журнале мне довелось прочесть рецензию на поэтический сборник: «Интертекстуальный диапазон поэта чрезвычайно широк. Это искусство экзистенциальности, и в силу этого оно тотально...» Уф! Какими же должны быть стихи, чтобы о них приходилось писать таким языком? Птичьим, говорят иногда. Не будем обижать птиц. Это, скорее, язык бюрократа от литературы. Хотя кому-то он, возможно, кажется весьма интеллектуальным и утонченным.

К стихам Раисы Вдовиной, чья новая книжка «Святая полынь» (2004) лежит сейчас на моем столе, подобные оценки, к счастью, не приложимы. Строки могут быть неровны по исполнению, но все в них живое: живая любовь, живая боль. Автор пишет и печатается много лет, но, пожалуй, именно сейчас, в не лучшие времена для поэзии, голос поэтессы обрел подлинную силу и зрелость. Поэзия извлекается из самого что ни на есть будничного материала:

В такую грязь,

в такую слизь

На перепутье меж веками

Три бабы вместе собрались

И зачесали языками.

И пусть февраль

как Неба месть

За мерзкие дела людские, —

Всегда у бабы дело есть

Важней разверзшейся

стихии!

Надо ли пояснять, что это не только о погоде? И неожиданным, выстраданным, дефицитным ныне оптимизмом веет от этих строк: жизнь непобедима, может, и впрямь выживем, выстоим во всех ненастьях времени?

Или вот еще стихотворение. Оно бы могло прозвучать на встрече ветеранов второй мировой, тем более что обращено, кажется, не только к соотечественникам:

Не уходите,

старые солдаты,

Свидетели последней

мировой.

Пускай на кителях у вас

заплаты,

Пусть виден след от раны

пулевой,

Пусть на погонах стерлись

позументы, —

Войну страшит ваш

пост сторожевой!

Не торопитесь выйти

в монументы —

Путь кто-нибудь останется

живой.

Пусть связь меж вами

кровная не рвется —

Героя с ниспровергнутым

врагом.

Не то война проклятая

вернется

В обличии каком-нибудь

другом.

Раисе Вдовиной изначально чужда риторика. И все же одно из своих стихотворений она закончила почти лозунгом. Думается, очень уместно и органично. Тоже ведь как в самые недавние дни написано:

Осознав свою потерю

И с бедой свое родство,

Все равно в Россию верю

И в Победы торжество!

* * *

— Мне страшно, отче... Кругом голова...

— Не бойся, друг мой, это не навеки. Любой из нас не раз, да и не два, ходил из бестелесных в человеки...

Что это? По начертанию вроде бы проза. Но вчитываешься — рифмы, размер. Стихи!

Прием редкий, но не новый — так, в частности, писал свои исторические поэмы замечательный мастер Леонид Мартынов. В поэтической книге Геннадия Рябова «Две дороги» так написано лишь одно стихотворение без названия. Но именно оно едва ли не самое яркое. Сюжет, можно сказать, лермонтовский (вспомним классическое «По небу полуночи...»): где-то в запредельных сферах очередную «душу младую» готовят «для мира печалей и слез». Душа сопротивляется, предчувствуя испытания, высшая мудрость вразумляет ее:

Боль — просто стимул одолеть порог. Нет, не перебивай меня, послушай. Поверь, не самый худший из миров — в котором правят женщина и случай. Ты будешь заблуждаться и грешить, бесстыдно лгать и предавать жестоко, кутить, стяжать ненужные гроши и вечно оставаться одиноким. Но если ты сумеешь полюбить, то целый мир изменишь в одночасье — и к нам вернешься с ощущеньем счастья, решив навеки: быть или не быть.

— Мне страшно, отче... кругом голова...

— Тебе пора, сынок. Готовься к боли. Иди и помни: я всегда с тобою. Я есть любовь... — Уа-а-а-а!.. уа... уа-а-а...

Пришествие в мир состоялось. Что ждет пришельца, которым мог оказаться любой из нас, наших детей и внуков?

В скобках заметим, что следовало бы все же сказать не «я есть любовь», а «я есмь». «Есть» — это третье лицо глагола. А грамматику древнерусского или старославянского языка на небесах (или где там еще?) должны бы знать. Но в целом стихотворение и задумано интересно, и написано убедительно. Есть в нем боль и братское сочувствие землякам-землянам, что нынче встретишь не во всякой книге. И есть, как говорится, свет в конце тоннеля.

Геннадий Рябов — имя сравнительно новое в нашей поэзии. Хотя он уже печатался в «Неве», активно «светился» в Интернете. Выпустил прежде нынешнего еще один небольшой сборник стихов. Пишет также и прозу. Его книга «Две дороги» отмечена не только присутствием «искры божией», но и профессиональной культурой.

Жива поэзия на берегах Невы! Не очень-то жалуемая издателями и книготорговцами, блокируемая низкими тиражами и высокими ценами на книги, востребованная лишь самыми верными своими друзьями, она продолжает нести свою бескорыстную вахту. Надо полагать, не напрасно.

Санкт-Петербургские Ведомости

  • Все новости
  • Lifestyle, новости культуры
  • Слова, сказанные вовремя В раскрытой наудачу книге взгляд упал на коротенькое, всего лишь восьмистрочное, стихотворение: Что мне делать с самой собой?

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100