Lifestyle, новости культуры

«Золотой абрикос».Тот еще фрукт!

19:17:04, 07 августа 2007
«Золотой абрикос».Тот еще фрукт!

Прекрасное далеко

На знаменитом ереванском Вернисаже – уличном рынке арт-сувениров, огромном, с футбольное поле, – один художник продает искусно выточенные из дерева носы. Сантиметров этак в пятнадцать. Можно поставить на стол, можно на стенку повесить. Можно водрузить на них очки. В основном носы армянские – Фрунзика Мкртчяна, Арно Бабаджаняна, Арама Хачатуряна... Есть и весьма фривольный нос Жерара Депардье. Охотнее всего, как сказал автор носов, их покупают именно российские туристы. Думаю, удивляться не следует, ведь – Гоголь...

А если без шуток, то, думаю, всем понятно, что связывает Россию и Армению. Увы, эта прекрасная маленькая страна далеко, и большинство из нас крайне мало знают о ней. Как там жизнь?

Армения ведет большую стройку. Возводятся многоэтажные здания в Ереване (увы, не без знакомых проблем – сносят старые кварталы, в центре города закрывается небо; спасибо, что хоть хрестоматийно-розовым, туфовым, Ереван не перестанет быть), появилось много новых домов в окрестных деревнях. До материального благополучия в стране, которая переживает наследие ХХ века, в том числе, как и мы, – военно-территориальные конфликты, еще неблизко. Каждый взрослый помнит, что значит два года без света и отопления – грелись тем, что удалось горючего найти. Однако ужасы, будем верить, в прошлом, а страна хоть и небогата, но очень гостеприимна.

Вы почувствуете это всюду, но прежде всего – в доме-музее Сергея Параджанова. Даже поклонники его фильмов, не побывав здесь, не представляют себе объема и масштаба личности этого художника. И подлинного качества параджановских произведений, главным из которых оказалась сама его судьба.

Не всем повезет, как участникам фестиваля, выпить с Завеном Саркисяном, создателем и директором музея, тутовой водки и закусить вкуснейшими крохотными пирожками, приготовленными в немереном количестве его супругой Недой и ее помощниками, – но параджановский дом на горе, откуда вид на Арарат, надо посетить хотя бы раз в жизни. Кстати, Завен показывает «книгу отзывов» для почетных гостей – смешную, советскую, с алыми знаменами на виньетках, – там среди относительно недавних автографы Андрея Битова, Михаила Пиотровского, Юрия Башмета и даже Полада Бюль-Бюль-оглы...

Два года назад Завен устроил поездку по Армении – показал те места и храмы, где Параджанов снимал «Цвет граната». На заслуженных «Жигулях» Завена мы проехали полстраны. Увидели много. Пасеки посреди цветочных горных лугов; заброшенные заводы; химические комбинаты, которые, увы, продолжают войну с природой. Увидели восстановленные, но не забывшие ужасное землетрясение Спитак и Ванадзор, бывший Кировакан; а многие, многие люди, отдав субсидии на памятники погибшим родным, сами живут в вагончиках.

В маленьком городе зашли в гостиницу «Дебед» – руину советского образа жизни: вода в пластмассовых бутылках рядом с раковиной, мебель и вообще интерьер не поддаются описанию. Но скромно – не грязно; в номере-люкс полуплюшевые занавеси и покрывала невообразимо красного цвета отглажены; даже насквозь ржавое, по возможности, чисто; даже стоит рулончик туалетной бумаги – правда, наждачного качества и почему-то фиолетовой.

Гостиница (вывеска на трех языках) была пуста, но вообще в ней останавливаются западные туристы – любители армянской старины и ученые, ее исследующие. А также волонтеры из разных стран, которые приезжают помогать в реставрации храмов. Стремление армян к единству и взаимопомощи беспрецедентно. На деньги хозяина голливудской киностудии MGM господина Кирка Киркоряна (на самом деле – Григора Григоряна), владельца также изрядной части казино Лас-Вегаса, приведены в порядок стратегические дороги, театры, музеи, галереи, дома культуры по всей стране. За его здоровье (89 лет человеку) молится вся страна, которую родители Киркоряна покинули, спасаясь от геноцида.

17 июля в Святом Эчмиадзине при всех государственных и церковных почестях перезахоронен прах благотворителя Алека Манукяна и его супруги Мари, привезенный из Детройта, куда 19-летний Алек эмигрировал в 1924 году. 90 миллионов долларов отданы им на реставрацию храмов, строительство учебных заведений на родине и национальных центров во всей диаспоре: в США, Канаде, Австралии, Голландии, Аргентине, Уругвае, Израиле, Ливане, Иране.

...Армения не провинция уже потому, что ее сыны, приезжая сюда со всех континентов, привозят в Ереван общемировые понятия о том, что прилично в начале нынешнего века, а что уже нет. От «попсы» же и прочих неприятностей глобализации спасает армянский народ его высокая внутренняя культура, основанная на древней вере, трагической истории и талантливости.

Преувеличиваю? Но таковы мои впечатления от встреч, уже неоднократных, с устроителями, участниками и гостями фестиваля «Золотой абрикос». И с фильмами, сделанными армянами в разных странах, – ибо фестиваль и придуман затем, среди прочего, чтобы такие кинопроизведения собирать и показывать.

Смысл деяния

Армяне имеют дело с вечностью и никогда не спешат. У них уже есть Атом Эгоян, автор «Арарата» с Шарлем Азнавуром в главной роли, – режиссер игрового кино, признанный в мире, живущий в Канаде; он президент «Золотого абрикоса». И есть уважаемый тем же мировым фестивальным сообществом документалист Арутюн Хачатрян – в дружеском неизменном союзе со сценаристом Михаилом Стамболцяном и критиком Сусанной Арутюнян он как раз фестиваль придумал и организовывает.

Зачем, ведь много других забот, а армянскому кино еще тоже лишь предстоит отстроиться по-новому? А затем, что у каждой страны должен быть международный кинофестиваль. И «Золотой абрикос» именно таков, а не армянский междусобойчик, – с конкурсами игровых и неигровых фильмов, с национальным конкурсом (здесь это «Армянская панорама»), ретроспективами, спецсобытиями, мастер-классами и прочим.

В России кинофестивальное движение в последние годы переживает явный кризис. «Золотой абрикос» два года назад потряс президента ММКФ Никиту Михалкова своим бюджетом – «никаким», если можно так выразиться. Нынче государство дало 50 миллионов драм (примерно 145 тысяч долларов) – на 24 фильма в игровом и неигровом конкурсах и еще 23 – в международной же «Армянской панораме»; всего фестиваль представил почти полторы сотни картин. Сравните с 90 миллионами рублей ММКФ – на 170 фильмов, из которых в конкурсе 20.

Если кто не понял, поясню: каждая кинокопия – большие деньги (транспортировка, страховка и прочее), конкурсный фильм – значит, приезд автора или даже нескольких создателей картины. Кроме того, каждый конкурс – отдельное жюри... В общем, «Золотой абрикос» цветет благодаря солидарности с ним и государства и спонсоров (второй год генеральный спонсор – телекоммуникационная компания VIVAcell; нынче впервые были даже денежные призы), но главное – здесь работают не ради собственного банковского счета, а ради совсем другого интереса.

И с каждым годом «Абрикос» все более зрелый получается. Увеличивает количество программ и гостей. И – основное – уже сейчас становится катализатором кинопроизводства в регионе (от Южной Европы до Афганистана, от России до Египта и Ливана). Каждая страна хочет кино-самовыражения, но небольшие кинематографии не в состоянии существовать в одиночку, выход один – копродукция.

Девизом фестиваля сразу был избран «Перекресток культур и цивилизаций»; третий год работает программа «Режиссеры без границ»; а нынче впервые состоялся Региональный форум копродукции – место, где отныне режиссеры и продюсеры могут предъявить замыслы своих проектов, чтобы найти друг друга и финансирование.

Затея удалась с «ошеломительным» для устроителей успехом. Кавказский регион интересен продюсерам: удобнее искать партнеров здесь, «укрупняясь» в местном «фокусе», чем ездить, допустим, в Европу и теряться там на фоне известных акул кинобизнеса. В итоге многие проекты действительно были поддержаны.

Но и это не все. Минувшей зимой в Роттердаме подписан «тройственный союз» между Роттердамским киносмотром, Пусанским фестивалем (Южная Корея) и «Золотым абрикосом». Так через Ереван связались самая классическо-передовая Европа и самая далекая и развитая Азия. Это означает обмен программами, проектами, взаимную консультативную помощь.

Ну как, вы еще верите в то, что кинофестиваль – это пресловутая «красная дорожка», а также описания нарядов и вечеринок звезд, ведь именно такой образ «праздника» несут наши телевидение и пресса?..

Потери

Армянское кино может появиться на российских экранах только в форме копродукции с Россией и другими странами. Но наши продюсеры запрягают дольше многих иных и пока не особо активны в Ереване. Похоже, все связи в итоге смогут образоваться и без нас, опять опаздывающих с опытом цивилизованного современного сотрудничества. Все же в этом году могучий «Централ Партнершип» объявил о своем присутствии на фестивале и начал сотрудничество с ним, предоставив пакет картин.

Уже на том спасибо, что время от времени появляются картины армянских режиссеров, сделанные в России. Например, недавний «Маяк» Марии Саакян, выпускницы ВГИКА, – о войне в Карабахе. Снимались, между прочим, Ольга Яковлева, Софико Чиаурели, Сос Саркисян, а вы и не знали, правда? – рекламы ведь почти нет...

Так мы теряем что-то очень родное, что идет, скажем, от Армена Джигарханяна (он в фестивальном каталоге рекламирует воду «Бжни») или же Фрунзе Довлатяна с его «Здравствуй, это я» (80-летие автора «Золотой абрикос» отметил особым праздничным вечером). А еще раньше, допустим, от Ованеса Айвазяна – всемирно известного русского художника-мариниста Ивана Константиновича Айвазовского.

Называю здесь только абсолютно хитовые имена, чтобы вы ощутили неосознаваемую свою личную связь с Арменией. К счастью, русская культура не просто по определению отзывчива, но – широко отзывчива; нам внятно все, как сказал классик, только мы часто пренебрегаем богатствами.

Правда и то, что русское бескультурье ужасно. Пришлось выслушать много горьких недоумений и упреков в том, что в России убивают армян; жалки были мои извинения и «объяснения» в том смысле, что убивают и негров, и вьетнамцев, и не только в Петербурге... Мне напоминали, что вся Турция вышла на улицы в знак солидарности с армянами после убийства журналиста-армянина Гранта Динка.

Безразличных нет

Весь мир солидарен с армянами. На открытии «Золотого абрикоса» показали новый фильм братьев Тавиани «Ферма жаворонков», горячо принятый в Берлине-2007. В семье Тавиани когда-то была домработница Меланья, ее рассказам о пережитом в 1915 году братья долго не верили. Гораздо позже, прочитав книгу Антонии Арслан, итальянского литературоведа и переводчицы, армянки по происхождению, они, «пережившие фашизм Муссолини», и решили сделать фильм.

Госпожа Арслан, продюсер Грация Вольпи и знаменитый актер Чеки Карио («Ее звали Никита», «Доберман», «Золотой глаз» и многие другие) представляли картину под овации зала. (Паоло Тавиани еще в середине июня посетил Ереван и принял за себя и брата Витторио награду от имени президента Армении «За вклад в дело международного признания геноцида», а от фестиваля – почетный «Золотой абрикос» за вклад в киноискусство.)

Братья Тавиани, надо полагать, хорошо представляют себе нынешнюю киноаудиторию, изрядная часть которой вряд ли знает даже то, что Азнавур – армянин. Да и культурный код все же, полагаю, различен. Что итальянцам Древний Рим? Армянам же, совершенно точно, две тысячи лет назад – как вчера, а уж геноцид кровит абсолютно. Поэтому у Тавиани и получилась, на мой взгляд, иллюстративная, хотя вполне искренняя история любви и предательства на фоне трагедии народа. Мирно соседствовали турки и армяне, но однажды им не стало рядом места на земле – и началась буквальная резня. Есть шоковые кадры – отрубленная голова мужа брошена жене на колени, гора трупов, страдания гонимых женщин и детей; нервы зрителей действительно напрягаются. Понятно, что сама тема в этой стране – главное, тем более «в устах» классиков, чей голос нельзя проигнорировать.

Знаменитости

А Чеки Карио специально подошел сказать, что он поклонник фильмов Сокурова. Между прочим, оказалось, что родился французский артист в Турции. А в последнее время начал карьеру певца – на конверте демо-диска сидит весь такой романтичный, босой, на чемодане посреди песка, а поет на трех языках – в частности, аж на стихи Гарсиа Лорки, и очень приятно.

Не один Чеки Карио вкушал нынче абрикосы, благословленные на открытии фестиваля епископом Еревана (кстати, он попросил у Господа дождя для урожая – и уже через пять дней небеса разверзлись: гостям финальной церемонии скоренько, при первых каплях, выдали прозрачные клеенчатые накидки). Опять-таки, назову лишь тех, кто известен каждому синефилу.

Приехали иранец Джафар Панахи (его «Офсайд» взял «Гран-при» в Берлине-2006), Лео Каракс с Катей Голубевой (ребеночек их очарователен в отличие от папы, который был все время мрачен – может, оттого, что носил по жаре складную коляску на спине, может, потому что не дооформил визу в Россию; состоялась ретроспектива из трех его фильмов, дал мастер-класс), Бруно Дюмон («Фландрия» была в конкурсе, удостоена диплома; на пресс-конференции признался, что камни Армении заставили по-новому взглянуть на искусство кино), кореец Ли Чан Дон (его «Оазис» запомнился многим).

Приехал и Андрей Звягинцев со своим «Изгнанием», показанным на закрытии фестиваля. Провел пресс-конференцию и встречу со зрителями; увы, сильно разочаровал и картиной, и лично. Впрочем, фильм осенью будет в прокате – судите сами.

Вердикт

В конкурсах же – игровом и неигровом – было по одной российской картине, и обе – Александра Сокурова. «Золотой абрикос» чтит творчество этого автора, здесь прежде были показаны «Отец и сын» и «Солнце» («Гран-при» в 2005-м). Нынче «Александра» и «Элегия жизни. Ростропович. Вишневская» собирали на трех сеансах каждый множество кино- и музыкальных профессионалов, киноманов и меломанов; на «Александре», где Вишневская бесподобна в заглавной роли, некоторые плакали. Потом зрители разного возраста с искренней благодарностью подходили к звукорежиссеру обеих картин Владимиру Персову (его мастер-класс оказался полезен профессионалам).

Оба жюри проявили неготовность к глубокой оригинальности фильмов Сокурова и обошли их своим вниманием. Председатель жюри кореянка Эн Чонг-сук улетела до финальной церемонии, на которой ее «зам» сказал: «Мы наградили три европейских фильма». Стало быть, пошли по самому обыкновенному пути.

Здесь не стану подробно рассказывать про обладателя «Гран-при» «Импорт-экспорт» Ульриха Зайдля (выйдет в прокат – увидите), скажу лишь, что мировое авторское кино в стремлении захватить все более отстраненную и холодную публику становится еще «громче» и «острее». «Александра» же противоположна этому процессу – совершенно лишена внешних эффектов и встрясок, очень тихая, камерная, подспудная. Сокуров опять с поразительным мастерством высказался одновременно и о любви, и о службе, войне и мире, ненависти и мудрости, о страхе, властности, женщинах и мужчинах, о родственности и чужести, семье и казарме, о бог знает чем еще, – взяв простейший сюжет приезда бабушки к внуку в часть.

«Серебряный абрикос» отдали итало-французскому «Новому миру» (Nuovomondo) Эммануэля Криалезе – саге об эмиграции итальянцев в Америку в начале XX века. Чувствуются уроки Голливуда, однако ж есть и эффектная метафора, даже художественный образ: несколько раз реалистическое действие прерывается плаванием героев в молоке. Тут и молочные реки – кисельные берега, и блуждание в тумане, и материнское, и райское...

В документальном конкурсе победила «История людей войны и мира» Вардана Ованисяна, посвященная конфликту в Карабахе; картина также награждена Экуменическим жюри, ФИПРЕССИ и жюри «Армянской панорамы». Двенадцать лет назад автор как свободный телерепортер делал сюжеты с линии фронта, оказался в плену. К счастью, его освобождения добились. Спустя годы Ованисян нашел некоторых своих тогдашних героев – а некоторых, увы, искать было поздно. Можно ли остаться человеком на войне? – такой вопрос задает себе и нам автор фильма, содержание которого безупречно, а вот форма, увы, слишком проста и даже не нова. Но параметры искусства оказались не главное для призов.

Ну да не в призах дело. Армянская женщина Лиля, за пятьдесят, учившаяся когда-то кинофотоделу в Одессе, узнав, какие фильмы победили, а какие нет, сформулировала свой вердикт. «Зря за политику дают, – сказала она, – так они бьют по художникам». Лиля сама – художник. Она плетет-вяжет коврики, пояса и сумки с традиционным армянским бесподобным узором. И продает их на том Вернисаже, с которого и начались эти заметки.

Санкт-Петербургские Ведомости

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100