Lifestyle, новости культуры

Матч выиграл Сыроежкин

22:22:02, 28 апреля 2009
Матч выиграл Сыроежкин

Большинство зрителей «Ревизора» (кроме старшеклассников, которые по определению будут посещать этот спектакль, лишь бы не терзать программное сочинение Гоголя) помнят детский фильм «Приключения Электроника». Там мальчик-робот, сделанный по образу и подобию советского школьника Сережи Сыроежкина, научился смеяться, плакать, влюбляться и даже играть в хоккей. Правда, бил в свои ворота, пока Сережа не вышел вместо него на поле и не спас команду от позора и поражения. И тогда Электроник шмыгнул носом и честно признался: «Матч выиграл Сыроежкин! Это его победа».

Признаемся и мы: спектакль «Ревизор» на самом деле поставил не пермский режиссер Сергей Федотов, а ведущий петербургский хореограф и режиссер по пластике Сергей Грицай. И сделал это с присущим ему вкусом и отточенностью стиля. Он наделил каждого гоголевского персонажа особой походкой, жестикуляцией и мимикой. Он придумал актерам все выходы и проходы, показал, как эффектно «вытанцовывать» реплики и диалоги, действуя внешне руками, ногами, корпусом и лицом, а внутренне – головой. Он все что мог в этом спектакле оправдал движением. Даже знаменитую немую сцену решил дважды: в рапиде, когда персонажи медленно «проваливаются» сквозь обои-жалюзи, и в стоп-кадре, когда все замирают фотопортретом, и по «гениальной» задумке режиссера стена-сетка отделяет семью от государства, городничего от чиновничьей мелкоты, прошлое от будущего.

От Федотова в постановке – предсказуемые назначения на роли. Актеры отобраны по типажам, звезда в центре (для привлечения внимания прохожих взят красующийся, эксцентричный Мигицко – Городничий). На этом миссия режиссера заканчивается, ибо никак нельзя считать заслугой и творческой удачей скучнейшее обращение с материалом, примитивное прочтение текста, плоское понимание сюжета и наивное представление о мистицизме автора: полумрак, свечи, таинственные звуки и дешевые фокусы-покусы с исчезновением людей. Многое в этом спектакле топорно и приторно, будто пьешь густой гоголь-моголь и вот-вот поперхнешься.

Волею художницы Ирины Долговой на сцене все в основном зелено-коричневое: от костюмов представителей уездного общества до интерьеров жилищ: картинных декораций, создающих ощущение подернутого ряской болотца или старинной книжной иллюстрации. Само уездное общество напоминает пресноводных и насекомых – жаб, кузнечиков, бабочек, а заезжий столичный гость – чванливого, лоснящегося таракана.

Спектакль помимо хореографа «делают» актерские работы. Состава у «Ревизора» два, и однозначно определить лучший нелегко. Брошенные режиссером в классический текст и вынужденные барахтаться в нем, как слепые щенки в речке, исполнители самостоятельно искали краски, нащупывали характеры и выстраивали формы. Нечто вразумительное все-таки получилось у большинства, в меру сил, опыта и таланта.

Прежде всего интересны Хлестаковы. Их трое: Виталий Куликов, Олег Федоров и Роман Кочержевский. По возрасту и темпераменту, кажется, лучше всего на роль молодого столичного чиновника-обалдуя подходит Кочержевский. Но теоретически: играть спектакль ему пока не доверили, только демонстрировать на репетициях юношеский задор, четкое знание текста и рисунка. На сцену он сейчас выходит почтмейстером Шпекиным, на роль которого в очередь, что характерно, назначены Куликов и Федоров.

Виталий Куликов – тот редкий случай, когда попадание в образ абсолютное. Выпускник Вагановки, бывший танцовщик Театра Бориса Эйфмана, Куликов закончил еще и СПбГАТИ и до Ленсовета, где занят во второстепенных ролях доброй половины репертуара, успел поработать в МДТ – Театре Европы и в «Приюте Комедианта». Актер невероятно пластичный – и столь же ветреный, что и гоголевский персонаж. Отсюда и его органичное, почти физиологичное, существование в контексте постановки.

Олег Федоров для Хлестакова слишком умен. Он лучше многих своих коллег понимает, о чем играет, и чувствует, что и зачем говорит и выражает телом, поэтому у него образ Хлестакова выходит объемным, гротескным, противоречивым, нервическим. Эти усилия, впрочем, пропадают втуне, ибо достойны другого, более глубокого и живого, спектакля.

Примечателен смотритель училищ Хлопов в исполнении Сергея Перегудова, который в последнее время демонстрирует устойчивый творческий и профессиональный рост. Его Лука Лукич – оробевший до мычания декоративный мямля, с которого Алексей Фокин из второго состава беззастенчиво (но, к несчастью, бездумно) копирует весь рисунок.

Коварным ябедой и шаржевым плутом получился у Александра Новикова попечитель богоугодных заведений Земляника. А дуэт Евгения Филатова и Петра Квасова очень мил: их Добчинский и Бобчинский в меру комичны и порхают по сцене сладкой парочкой с букетиком полевых цветов, зажатым в подобострастно протянутых вперед ручках-лапках.

Остальные действующие лица и исполнители – просто какие-то «Веселые картинки». Пока на сцене не заводят многоголосные распевки про лесных разбойников, про Кудияра-атамана и почему-то про Соловки (?!), вполне можно вздремнуть. Настоящее оживление наступает лишь во время оригинальных грицаевских танцевальных номеров во втором действии, когда по специальному настилу на авансцене кружатся и скользят не только люди, но и стулья (танцы с предметами – почерк Грицая).

Что же все-таки сделал режиссер-новатор из Перми, который гордо, с чувством собственного достоинства прибыл в Петербург с секретным предписанием – помочь нам тут разобраться с классикой? Фактически ничего существенного, несмотря на то что неоднократно ставил опыты над Гоголем в своем театре «У моста». Появился в афише петербургского академического театра смачный провинциальный спектакль. С ходу морально устаревшая премьера, по форме отсылающая нас куда-то в середину прошлого века.

Робот Электроник – Федотов забил гол в свои ворота, чему и рад вполне. Не знаешь, что кричать: «Шайбу, шайбу!» или «Ах, какой пассаж!».

Санкт-Петербургские Ведомости

отзывы написать

Написать отзыв

Внимание! Если вы зарегистрированы, вы можете оставлять сообщения с аватаром и возможностью получения личных сообщений

Rambler's Top100